Администрация форума не одобряет использования сильнодействующих препаратов без надлежащего врачебного контроля. Вся информация и советы от пользователей предоставлены только в качестве дополнительных знаний. У нас нет агитации и принуждения к употреблению допинга.

Конкурс-игра от магазина metanhouse.com

Про любовь пять

Тема в разделе "Творчество", создана пользователем Влад Старший, 9 мар 2018.

  1. Влад Старший

    Влад Старший Эпикур Команда форума

    GSD
    А он и вправду не спал. Только никаких зловещих планов не вынашивал, и совсем не ждал такой реакции на свое послание. Это было просто очередное признание в любви, закамуфлированное под рассказ. Причем, он сильно подозревал, что получилось не очень. В смысле не маскировка, а как художественная ценность. Ну что же, что есть. Он и не претендовал на наличие большого писательского таланта. Он сейчас просто почему то не мог не писать, слова сами лезли на бумагу, оставалось просто печатать их. Что то с головой, не иначе. А то, что он не Лев Толстой, это, мягко говоря, и козе понятно. Зачем спорить с очевидным. Но это его совсем даже не волновало. Он не мог не писать сейчас. Это как человек под пыткой, он же не может не кричать, верно? Ну вот так и он. Не писать не получается. Это у него крик такой, не слышный. Бумажный. И, к тому же, писал он всегда для одного и того же читателя, читательницы, точнее. Писал про нее и про них, так что главное, как он считал, было идею донести. И идея была одна все время. Докричаться до нее, еще раз постараться убедить в том, что она ошиблась. Ну не может так быть, чтобы она не поняла, в конце концов. Эту женщину нельзя было завоевать, по крайней мере он этого не мог. Она должна была сама осознать, что он для нее лучше всех остальных, только сама. И она сама должна решиться вернуться назад, к нему. А он должен дать ей это понять, убедить, в сотый уже, кажется, раз. Может, в тысячный. Задача, по сути, совсем простая, только вот, похоже, совершенно не выполнимая. Но он не мог перестать пытаться.

    Он ждал, ждал ее реакции на свой очередной рассказ. Не то, чтобы сегодня ночью, нет. Он не обольщался совсем. Это давно пройденный этап – обольщаться в отношении нее. Нет, просто обычная надоевшая бессонница, что то надо делать. Вот он и ждал привычно, убивая время, игрой в карты на компе. И гадая попутно. Если он сейчас выиграет, то она завтра позвонит. Нет, вот если сейчас, то тогда….нет, вот если сейчас…..нет, вот…и так снова и снова, до утра. Он не замечал абсурдности своего занятия. Сначала это было просто игрой, а потом незаметно превратилось в некий ритуал, который повторялся почти каждую ночь. Если он сейчас выиграет, то ему непременно с ней повезет. Дурдом, конечно, но во всем, что касалось ее, он уже давно отошел от здравого смысла. Он просто отодвинул этот здравый смысл в сторону. А вместе с ним самокритику, самооценку, самоиронию, самолюбие и все остальное. Оставил лишь надежду. Тоже уже совсем хлипкую и ненадежную, но выбора просто не было. А вдруг? Это словосочетание было сейчас смыслом жизни. А вдруг? Ну а вдруг, все таки?!



    Он отхлебнул кофе и машинально продолжил свое бессмысленное занятие. Надо же ночью что то делать, когда бессонница. Игра для него совершенно потеряла остатки реальности. Он понимал, что превратить заурядную комповскую «косынку» в ритуальное гадание, верх идиотизма даже для него сейчас. Надо было постараться взять себя в руки. Только вот не понятно каким образом.

    Она, естественно, звонить не станет. Тем более этой ночью, да и никакой другой тоже. Нужно позвонить самому, и спросить небрежно, как дела, как здоровье, ну и как впечатление от прочитанного. Так ведь не ответит же ничего. В редких переговорах по телефону – два, три раза в год, она жестко ограничивала темы для разговора. Только что ни будь нейтральное, отвечала очень сухо и лаконично. И само собой, вешала трубку тоже когда хотела.

    Придется посылать сообщение. Это намного хуже, потому что и голоса ее не слышно, да и не ответить ей было гораздо легче. Но лучше так, чем совсем ничего. Целая неделя ведь прошла. Времени для прочтения было достаточно, вот и можно уже поинтересоваться ее мнением. Не сейчас, конечно, сейчас ночь, а утром, часиков в девять. Нет, в девять она на работу приезжает, будет не в настроении, лучше в обед, часа в два. Опять нет, могут заботы всякие образоваться, работа, все таки. Не ответит. Лучше вечером, часов в восемь – девять. Опять нельзя! Самая запарка вечером, как он мог забыть? Разозлится и вообще перестанет отвечать, полгода ждать придется. Н у и когда посылать в таком случае?

    Он с размаху плюхнулся на диван. Когда то давным-давно, целую вечность назад, она сказала ему, что не терпит, когда вот так делают – падают на диван с размаху. Сейчас получилось вроде как в отместку ей, что ли? Или нет? Просто поступок, который ей бы не понравился. Да какой еще поступок, нахрен! Годы прошли, пойми ты наконец, годы! Еще раз для особо умных, го – ды. Понял? Ты для нее давно уже никто , даже больше чем никто. Назойливый, требующий внимания и утешения, бывший любовник. Достаточно уже, сколько можно? А действительно, сколько? Сколько времени можно вести себя как последний дурак? Особенно в его возрасте. Может кто то когда то определил сроки какие то, нормы там, лимиты для такого вот поведения. И сколько это будет продолжаться для него самого? Уже давным давно пора все забыть, жить обычной нормальной жизнью. Но почему то не выходит. А ведь если разобрать их отношения по полочкам, то не так уж много хорошего у них и было. Если не идеализировать, были лишь отношения двух любовников, не больше. Но. Было нечто, чего он никак не мог забыть. Какое то время у них были чувства, которые нельзя купить ни за какие деньги. Он это видел в ее глазах, читал по ее лицу, слышал в каждом слове. Он знал и чувствовал ее желание быть рядом с ним постоянно, всегда. И это даже сейчас пьянило и изумляло. А это ее «повезло», сказанное в день его рождения при всех друзьях, он помирая повторять будет.

    Хватит. Уже больше не надо. Сколько можно душу бередить. Закончилось все очень давно. И какая теперь разница почему и с кем она от него ушла. Женщины всегда уходят, это как рассвет и закат. Вот только забыть никак не получается.

    Он сел на диване и взял телефон. Сообщение он пошлет прямо сейчас. Неважно, что ночь. Прочтет утром, не страшно. А ответит или нет, все равно ей решать. Он уже давно привык, что от него ничего не зависит.

    - Привет, как дела, как здоровье? Как тебе мое послание?.

    Посмотрел на написанное и, молча, стер.

    - Ну здравствуй! Как ты там, живая? Черкани пару строк.

    Посидел, подумал, поскреб щетину на щеке…

    - Скучаю очень. Надо поговорить.

    И отослал.

    Положил мобильник, поправил подушку, лег. Ну что, все сделал, остается только ждать. Можно попробовать заснуть, скоро утро уже. Если повезет, то к вечеру она ответит. Или завтра. Повезет. Надо же. Два слова. Повезет и повезло. Почти одно и тоже. А какие они разные, эти слова. И несколько лет жизни между ними.

    И тут телефон звякнул, пришло ответное сообщение. Он не поверил даже. Утро уже почти, она что, тоже не спит? Торопливо схватил, уронил на пол, чудом подхватил, и, не веря себе, прочитал.

    - Поговорим. Можно сегодня, в 10 часов. Пока.

    Этого просто не могло быть. Что же должно было случиться, чтобы она ему ответила глубокой ночью, практически под утро уже? И не просто ответила, а назначила встречу, да еще сегодня утром. Неужто он сумел достучаться до нее? Неужто она поняла, сердцем, что он без нее никуда и никак? Может, это его «а вдруг?» сработало? А если он поверит сейчас, а все будет не так? Кто знает, что она имела ввиду. Он вскочил с постели, начал расхаживать по комнате. И так, что делать, о чем говорить при встрече? Все мысли разом выскочили из головы. А действительно, о чем они будут говорить? Когда то они понимали друг друга с полувзгляда, даже вовсе не глядя, и говорить не нужно было. А теперь? Все, что он от нее хочет, она знает. Она вообще все о нем знает, потому ей и не интересно с ним. Ей давно уже надоели его бесконечные разговоры и признания. Так о чем говорить то? Что такое ей сказать, чтобы разом все объяснить, чтобы поняла, что никто и никогда, на при каких обстоятельствах, не сможет так как он, не будет, не сумеет….А она возьмет и усмехнется в ответ на это, или сделает каменное лицо, отстраненное настолько, что будто неживое совсем. Вдруг так и будет? Да нет, вряд ли, зачем то же она назначила встречу на сегодня. Значит поговорить хочет.

    Потом он сел. Наступило отрезвление. Успокойся, наконец, баран. «почувствовала, поговорить хочет»…Не надоело еще? Она знает тебя лучше, чем ты сам. Когда то она тебя любила, потому и знает. Потом ты стал ей не нужен, она ушла и все кончилось. Она давно все забыла, и только ты никак не угомонишься, напоминаешь постоянно. История простая, как мыла кусок. А ночь не спала, потому что на работу вызывали. А поговорить хочет, что бы все разом закончить. Надоело ей все до последней степени уже. Она просто хочет все сегодня решить и спокойно жить дальше. И все. Понял, тупица?



    Он стоял на продуваемом насквозь перекрестке. Ветер словно старался сдуть его, вместе с его проблемами куда подальше. Что, и ветру тоже надоел, горько усмехнулся он про себя. Ощущение такое, будто он не устраивает сразу всех, весь этот мир. Будто он здесь лишний, не нужный совсем никому. Даже ветер вот против него. Да и с людьми в последнее время отношения тоже не очень. В частности, с женщинами, мягко говоря, вообще никак. Что ли написано на нем метровыми буквами, что он навсегда и безнадежно влюблен. И все они это не она. Надписи вроде нет, он проверял, но женщины его точно сторонились. Ну и ладно, чего уж теперь.

    С этого угла была отлично видна дверь, откуда она выйдет. Время уже подходило к десяти, значит скоро. Она практически никогда не опаздывала. Стараясь скрыть нетерпение, он начал медленно прохаживаться по тротуару взад – вперед, не сводя глаз с заветной двери, чтобы не застала врасплох. Уже совсем скоро, уже.

    Как и всегда, врасплох она его все же застала. Подошла с совершенно другой стороны, встала в нескольких шагах и молча смотрела. Он заметил ее, очередной раз повернувшись кругом. Остановился так резко, словно сорвали стоп-кран в вагоне поезда. Несколько секунд они молчали, потом он, сделав усилие, улыбнулся, шагнул пару раз и сказал.

    - Здравствуй.

    - Привет, ответила она, тоже сделав шаг навстречу.

    -Как поживаешь, как здоровье? – он не знал, что говорить, в голове была одна пустота, то что она так близко, совершенно лишало мыслей. Она видела это, понимала, и как всегда, это вызывало у нее досаду. Она сразу закрылась от него, надела маску безразличия. Так было лучше для всех, чтобы не было нежелательного продолжения. Если дать ему хоть маленькую видимость шанса, он тут же слетит с катушек.

    - Сейчас нормально поживаю, и здоровье неплохо, а так, за год несколько раз твоей любимой болезнью переболела – бронхитом.

    - У меня не болезнь любимая – в голе пересохло, он стоял как дурак.

    - Что скажешь, зачем позвал?

    - Очень хотел увидеть. Мне плохо без тебя.

    - Прошу, не начинай! Ты уже все сказал, я уже все сказала. Не будем об этом больше.

    - Мне больше и сказать то нечего.

    - Что, совсем? А я думала, хочешь узнать прочитала ли твой рассказ, какие впечатления.

    - И как тебе мой рассказ? – тупо спросил он. Его охватило полное безразличие. Все снова оказалось ни к чему. Она осталась прежней, она все так же сильнее него, и он все так же ей совершенно не нужен. Как обидно.

    - Ты не слышишь?- ее голос вернул его обратно.

    - Прости, ты как всегда, меня отрезвила, сейчас в норме буду.

    - Так вот, твой рассказ. Что ты хотел доказать этим дурацким поступком?

    - Все, как обычно. – он послушно отвечал. – Ты же знаешь, звал тебя обратно, Мысли свои пытался высказать, чувства, ощущения. Что, не получилось, тебе не понравилось, да?

    Она помолчала немного, слегка прикусив губу. Потом спросила неожиданно.

    - А ты не врешь?

    Он даже задохнулся.

    - Я? Про тебя? Да ты что!!

    - Тогда совсем плохо. Слушай, надо с этим что то делать, все слишком далеко зашло.

    - Все от тебя зависит. Ты запросто можешь все изменить, прямо сейчас.

    - Я не об этом. С тобой надо что то делать, а то поздно будет. Тебе надо провериться сходить, к невропатологу, там, или лучше к психиатру. Пусть скажут, что с тобой.

    -Я не псих. Просто люблю тебя. Ты не поймешь, ты не любишь.

    - Слушай, хватит уже! С тобой что то происходит. Думаю, у тебя крыша поехала.

    - Это я и сам знаю. Давно уже поехала, сразу как ты ушла, пятый год идет.

    - Я на самом деле. Прекрати одно и тоже молоть! Я серьезно. У тебя поехала крыша. Думала, ты пошутил, а теперь вижу, что нет. Значит точно спятил.

    - Не понял.

    - Ты рассказ свой сам читал?

    - Опять не понял.

    - Да очнись ты! Спрашиваю, ты рассказ сам читал, прежде чем мне отправить?

    - Вот ты спросила. Я его писал, вообще то. Потом правил, редактировал, хотя это громко сказано, конечно.

    - И как тебе самому?

    - Нормально. Конечно, не Пушкин, и не Лермонтов, но мысли переданы точно. По крайней мере, видно что старался. А тебе что, совсем не понравилось?

    - Там ничего нет.

    - Знаешь, я не согласен. Что значит ничего? Там все мои чувства к тебе.

    - Там совсем ничего нет. Пусто. Только чистые страницы и все.

    - Ты шутишь так? Зачем?

    Она молча смотрела на него. А он, как то разом вдруг ей поверив, опешил, и так же молча стал глядеть на нее. На ее по прежнему очень красивое лицо, только очень далекое сейчас и совсем чужое. Так хотелось поцеловать. Потом услышал голос.

    - Ты слышишь меня? Что молчишь, не веришь? На вот, возьми, посмотри сам.

    Она достала из сумочки сложенные пополам листы бумаги. Это были точно его листы, он их сразу узнал. Только мятые все и их как будто кто то жевал. Он безучастно, словно марионетка, спросил, совершенно не ожидая ответа.

    - Ты их что, грызла?

    - Извини, пес добрался. Да не о том я, ты возьми, посмотри.

    Он машинально взял бумажную пачку, развернул. И правда, там ничего не было. Он полистал станицы, зачем то осмотрел обратную сторону. Вздохнул.

    - Здесь была моя жизнь. Здесь было все о тебе, обо мне, о нас. Куда делось?

    Она что то сказала ему, потом еще что то и еще, но он не слышал. Он видел ее, как она стоит и говорит, даже теребит его за рукав, что вообще невозможно себе представить. Только вот голос не пробивался, как не было его совсем. В голове крутилось одно и тоже. Как же так, Он же так подробно все описал, несколько месяцев потратил. Куда все могло деться? Потом ее голос снова появился.

    - Может, ты распечатать забыл, а? Или принтер сломался, а ты не проверил. Не расстраивайся так, иди домой, посмотри, может просто забыл и все. Наладишь все, исправишь, распечатаешь, и мне принесешь. А я с удовольствием прочитаю. Думаю, нет, уверена даже, что у тебя хорошо получилось. Ты же замечательный, правда. – ему показалось, или она всхлипнула?

    Он смотрел на нее и видел, она думает, что он сумасшедший. И слова ее ничего не значат, она просто старается его успокоить и отправить домой. Сумасшедших всегда успокаивают. Он деревянно улыбнулся.

    - Ты права, наверное распечатать забыл. Я пойду домой и проверю, ладно? Он в первый раз в жизни повернулся к ней спиной и куда то пошел. Она сказала что то вслед, он не расслышал и оглянулся. Она качнула головой, ничего, мол, иди. Даже рукой махнула. Прощается, понял он. Совсем прощается, навсегда. Больше они никогда не увидятся. С сумасшедшими видятся только на свиданиях в сумасшедшем доме. А она туда не поедет.

    - Я люблю тебя. – Сказал он спокойно и отрешенно. В последний раз сказал. Она кивнула ему, и, кажется, заплакала. А может нет. Это уже не имело значения. Ничто уже больше не имело никакого значения.



    Он не помнил, как очутился дома. Спокойно, никуда не торопясь, разделся, прошел в комнату и включил компьютер. Подождал, пока тот включился, нашел папку, в которой столько времени печатал и перепечатывал свой рассказ и открыл ее. Папка была пуста. Он пошарил везде, где только мог, зачем то включил и выключил комп, пошарил еще. Ничего не изменилось, никакого рассказа не было. Почему то это его не удивило, словно, он этого ждал. Даже не то, чтобы не удивило, просто вроде как силы закончились. Устал бороться, ничего не хотелось, полное отрешение от всего. Но где то в глубине все же вяло трепыхались мысли. Как же так, почему так получилось? Ведь он же помнил как писал свой рассказ, несколько раз переписывал, менял сюжет. В результате все получилось совсем не таким, как он задумывал. И где же он тогда? Стоп! Переписывал – вот оно! ОН полез в прикроватную тумбочку и вытащил несколько толстых тетрадей в жестком переплете. Это были черновики его рассказа, все варианты, все наброски, отдельные мысли – все полностью. Взял одну тетрадь, раскрыл, начал жадно читать. Тут же бросил, схватил другую, потом третью….Посидел немного, тетради выскользнули из рук, мягко упали на пол – он не обратил внимания. Лег, повернулся на спину, полежал бездумно. Потом снова сел, взял одну из тетрадей- черновиков и снова начал листать. Посмотрел в начало, потом залез в середину, в конец, снова в начало. Вздохнул обреченно и снова бросил тетрадь на пол. Осмысленного текста как такового там не было совсем. Все страницы были исчерканы непонятными символами, беспорядочно разбросанными словами, просто отдельными буквами. Изредка встречающие законченные фразы не значили абсолютно ничего. Так мог писать младенец, едва освоивший письмо, и просто водивший рукой по бумаге. Или сумасшедший. Такие дела.



    …замечательный…без фанатизма? Повезло? …повезло? …повезло?...быть сильной…звучит как издевательство…люблю, конечно…как издевательство…повезло как издевательство…только другом как издевательство….издевательство….издевательство….что то с чем то….повезло???????....



    Так все же что это? И в самом деле такое сумасшествие? Но ведь он все же прекрасно помнил, ведь вон сколько времени писал. Да что там писал, он все это пережил, а уж потом записал на бумаге. Ведь все же помнил, все полностью, каждую строчку.

    Встал, подошел к окну. В окне темнело, и шел снег. Снег был не то, чтобы очень сильный, но с ветром, и сразу было понятно, что холодно, зима. Посмотрел, подумал. Постойте, какая, на фиг, зима? Сегодня утром, когда они встречались, не было никакой зимы. И снега не было тоже. Да, ветер был, но не зимний, а скорее уж осенний тогда, потому что мокрый. Ведь точно же сегодня, пару часов всего назад…..Это что же получается? Вот только что была и осень, а сейчас, что, зима? Это как вообще может быть то?



    Спокойствие куда то делось. Схватил телефон, торопливо набрал номер, с трудом дождался, когда вереницу гудков прервал знакомый голос. Не слушая, что она говорит, торопливо и сбивчиво почти закричал сам.

    - Это я, не перебивай. Хочу спросить, это очень для меня важно. Скажи, ты какие ни будь письма от меня получала?

    - Ты о чем? Не понимаю – ее голос был как обычно отстраненно – спокоен.

    - Что значит, не понимаешь? Письма. Длинные, Скорее рассказы, даже. За те пять лет, что расстались, несколько штук.

    - Я всегда все помню, ты знаешь. – голос был все так же спокоен. – Никаких писем не было.

    - Не шути так, пожалуйста!- взмолился он. – Письма, мои письма, к тебе… там все, что я думаю о тебе и о нас!

    - Да нет же, говорю тебе, не было писем никаких. Хватит, может уже, а? Что ты в самом деле.

    - Ну письма! Я умолял тебя вернуться, обратно звал, глупости писал всякие…помнишь????

    - Да нечего мне помнить, чего пристал то. Не было никаких писем. Никого ты не умолял, и никуда не звал. Когда у нас все закончилось, ты сказал, что настоящий мужчина переживает молча. И молчал все это время. Да ты что там, с ума, съехал? Это было то давно совсем, я и забыла уже.

    - Ты не врешь мне?

    - Я сейчас трубку положу.

    - Подожди – он перевел дыхание – Подожди еще немного. Последний вопрос. Мы сегодня утром с тобой встречались?

    - Ты там в запое что ли, у себя? Мы виделись пару месяцев назад, осенью, мельком, случайно совсем. Может ты заболел?

    - Точно заболел, на всю голову.

    - Так давай лечись. Вопросы странные задаешь, непонятно к чему. Случилось у тебя что?

    - Извини, мне идти надо, пока. – он отключился. Бросил трубу, обхватил изо всех сил голову и зажмурился. Что же теперь делать, что делать, ну что делать то?!! Как это все случилось, когда, почему он ничего не заметил? Схватил трубу снова. Надо кому то позвонить еще раз. Не может все вот так быть, просто не может. Он нормальный, он совершенно нормальный. И вовсе даже не сумасшедший. Сейчас он позвонит кому ни будь и все узнает. Все сразу станет ясно. Зима сейчас, лето, день, ночь – все узнает! Так, сейчас. Вот только кому звонить? Сейчас. Он раз за разом набирал номер, но никак почему то не мог дозвониться. Плюнул, стал набирать другой, потом еще, потом еще….Сейчас. Сейчас все получится, ты нервничаешь, просто успокойся. И все получится. Подожди, это еще что? Он оторопело смотрел на зажатый в руке пульт от телевизора. Это он что, по пульту, что ли, звонил сейчас? Ну нет же, где то тут телефон валяется. Он огляделся. Тут где то, вот здесь, рядом.

    Не было телефона. Выходит, он все же пытался позвонить по пульту от обычного телевизора. Такие вот дела. Да что же это с ним такое…… Он все смотрел на пульт в руке. Значит вот так вот все и бывает, да? Нежданно – негаданно, не больно, и совсем незаметно. Раз – и ты псих. Но как же так, он не может быть психом, он всю жизнь не был психом, с чего бы ему сейчас им стать? Не может такого быть. А пульт просто случайно взял и забыл. А что позвонить пытался, так это он второпях, по запарке, с кем не бывает. Он сам себе не верил, но надо было как то держаться, чтобы не сорваться в истерику.

    Успокойся, твердил он себе снова и снова. Успокойся, это все нервы, бывает. Ляг, полежи и все пройдет Лучше, конечно, заснуть, тогда точно все хорошо будет, только разве заснешь тут! Он отвернулся от комнаты и закрыл глаза. Надо просто успокоиться. Надо представиться себе что то очень спокойное и размеренное. Море, например. Точно, море! Или спокойное широкое синее небо. Или тоже спокойное, бескрайнее….Поле!

    Вот оно, поле, перед глазами. Огромное и бескрайнее. И спокойное. Колышатся травы по пояс, стрекочут насекомые. Птицы, охотясь на них, летают совсем низко. Примета, что к дождю. Солнце светит на синем –синем небе. И бескрайнем. Где то там, вдали, за горизонтом, такое же синее и бескрайнее море. Отсюда не видно, но оно там точно есть, не может не быть. Все просто замечательно вокруг. Но это только если смотреть строго прямо. А если повернуть голову чуть вправо, или влево, то по обеим сторонам увидишь две огромные преогромные стены. До самого синего неба высятся, весь мир перегородили, конца и края им нету. И он знал, что стены эти не просто так тут стоят. Это она от него так отгородилась. Чтобы не видеть и не слышать никогда. Одна стена, это безразличие, а другая – равнодушие. Страшнее их ничего на свете нет. И не выбраться ему отсюда. И метаться между ними всегда, вечно, пока это мир еще стоит.



    ….если любовь убивают…только другом…только замечательный….повезло…пойду быть сильной….без фанатизма….посмотри на себя…сильной пойду…повезло….издевательски…



    Открыв глаза, он полежал не много, пытаясь хоть как то собраться с мыслями. Что дальше делать, он не знал. Позвонить ей снова, спросить, не звонил ли недавно и что спрашивал? Идиотство полное. А почему он вообще хочет что то делать? Кажется и так все уже вполне ясно. Он точно идиот. И поступки у него, естественно, идиотсткие. А все остальное ему просто приснилось. И все дела. Все звонки, встречи, письма – все просто приснилось. А так же черновики, рассказы, даже мысли, которые он думал, диктофон….Диктофон! Он же чертову уйму материала записывал на этот диктофон по утрам. Где же он, где то тут, валялся, в столе. Ага, нашел. Сейчас. Он торопливо включил послушную машинку для записи слов и начал слушать. На все хватило секунд тридцать максимум. Кроме щелчков, потрескиваний и посторонних шорохов, на записи ничего не было. Ни в начале, ни дальше. Перемотал до конца. Везде все то же самое. Тишина. Бросил диктофон снова в стол. Ну что, парень? Что теперь делать станешь? Похоже, что все. Заканчивать пора. Поздно волноваться, он точно сумасшедший. Может, нажраться снотворного, проспать сколько получится, а там видно будет? Говорят же утро вечера мудренее. А что, похоже, что сейчас это лучший выход. Все равно ничего он сделать в данное время просто не в силах. Не то, что сделать – понять ничего не может. А так, может, заспится, забудется, как то само утрясется. Всякое бывает в жизни. И все же. Как так вышло, что рассказ его последний, который он, считай, год писал, просто ему приснился? А вот так и приснился, одернул он себя. И не было ничего, никакого года. Иди давай, пей свое снотворное, и спи, потом, как ни будь увидим. Что ни будь, где ни будь. Эх…. И тут зазвонил телефон. Он недоверчиво посмотрел на беспокойную игрушку. Это что, снова глюки? Или нет? Посмотрел экран. Звонила она. Точно глюки. Такого просто не могло быть, потому что не могло быть никогда. За те пять лет, что они расстались не было. Но ведь это она, как тут не ответить. Так что кажется это ему, или нет, он сейчас узнает.

    -Алло, ты слушаешь?- голос ее был, кажется, взволнованным.

    - Слушаю, конечно, привет.

    - Ну ты как, разобрался? Принтер не включил и забыл, правда?

    - Подожди. Какой еще принтер? А, ну да, конечно, да, принтер, ну конечно, да. Забыл включить. Все нормально. – Тут он как будто сам включился.- Стой, принтер!! Так мы что, встречались с тобой сегодня, разговаривали?

    - Конечно, что с тобой? Вот решила узнать, что у тебя, разобрался или нет. Не надо только выводов делать, а то тебя снова понесет.

    - А вот я звонил тебе не давно, или нет? Мы помнишь, мы точно разговаривали? Я спрашивал получала ли ты мои письма раньше. Они были?

    - Слушай, ты меня пугаешь. Нет, ты не звонил, и по телефону мы не разговаривали. Встречались утром, на улице. Ты нес ужасную ерунду и я подумала….неважно. А письма. Да, были письма. Каждый год по одному большому письму. Я их храню, не думай, не выбросила. Только не надо выводов поспешных делать, а то….

    - Да не делаю я! Ты меня сейчас просто спасла! Слушай, я так рад, что ты позвонила. Так здорово. Принтер подвел, конечно, сейчас пойду проверю и все налажу. Распечатаю, и тебе принесу, хорошо?

    - Ты справишься, ты же сильный. Все у тебя наладится и будет хорошо.

    - А ты?

    - Не надо об этом сейчас. Ведь все давно уже решено, много лет назад. Не будем. Ну все, я рада за тебя. Жду рассказ. Пока. – она отключилась.

    Все давно решено, пока. Так. Об этом сейчас точно не надо. Главное сейчас то, что он не псих, что встреча точно была и они разговаривали. Хорошо. А теперь что? Теперь надо все проверить и удостовериться, что все в порядке, что рассказ никуда не пропал, что он просто снова перенервничал, ведь он всегда рядом с ней нервничал. Вот и сейчас тоже. Сейчас он включит все и распечатает, и ей отнесет, а потом они…..Стоп. Куда его понесло снова. Рассказ пропал. Пропал везде. Он уже тысячу раз искал где только можно. Нету ничего. И черновиков нету, и записей на диктофоне. Это что? Где он искать то собирался и что включать и распечатывать? Пустые страницы снова? А может……может и звонка ее сейчас не было. Может, это снова…ну…..приснилось? Как проверишь. Он взял телефон в руки но смотреть на экран не решался. Ну что же ты? Ведь вот сейчас можно все окончательно выяснить. Было – не было, псих – не псих. Давай, смотри. Он посмотрел и тут же отвел взгляд. Было очень страшно. Вот прямо сейчас решалось все. Быть, или не быть, именно так. Ну что, пожалуй, надо. Как там? Лучше страшный конец, чем бесконечный страх. Или ужас, неважно. Давай, смотри. Ну. Давай, смотри же, не тяни.



    Со стороны он, наверное, напоминал знаменитую скульптуру, только тот сидел задумавшись, а он окаменел, глядя на экран телефона.



    Он лежал на горячем песке на берегу небольшой, веселой, лесной речушки. На крошечном пляже никого не было. Да ему никто и не был нужен. Отдохнуть надо от людей, устал он от них. А здесь здорово. Можно лежать сколько хочешь, ни о чем не думать. Забот никаких, настоящий земной рай. Солнце его уже прилично поджарило, саднил живот, да и лицо тоже. Значит он здесь уже достаточно давно лежит. Интересно, как попал сюда? Неважно. Лениво повернулся на живот, открыл глаза. Полоса песка заканчивалась в двух шагах буквально, и начинался лес. На ближайшем высоком дереве, прямо на стволе, на высоте его роста висели часы. Большие такие, старинные, с кукушкой. Очень неожиданно было увидеть их здесь, и, почему то, немного забавно. Как то они не вписывались ни в пейзаж местный, да и вообще ни во что. Ну да ладно, какая разница. Спросить, что ли время? Есть там кукушка, или нет.

    - Слышишь, кукушка, ты там? - молчание.

    - Скажи, сколько мне еще жить?

    Что то заскрипело внутри часов, зашуршало, и дребезжащий голос спросил в ответ.

    - А где пожалуйста? Волшебное слово где, забыл?

    - Ни фига себе часы! Ну ладно. Кукушка, скажи, пожалуйста, сколько мне еще жить. Нет, не так, лучше, пожалуй, сколько еще ждать?

    Внутри часов кашлянули, и тот же голос ответил.

    - А чего тебе делать то? Лежи вон себе, да жди. Времени навалом.

    - Хотелось бы все же узнать сколько.

    - А ты хоть знаешь, чего ждешь? – спросил все тот же простуженный голос.

    - Знаю.

    - Тогда не морочь голову, сказано тебе ждать, вот и жди!

    - И все таки….

    - Отстань! Ну что ты пристал ко мне. Нету меня здесь вообще.- дребезжащий простуженный голос еще раз кашлянул и замолчал.

    - Последний вопрос, кукушка….

    - Да какая я тебе кукушка, достал ты меня! - У часов сбоку, отворилась небольшая , до этого не заметная дверца, и оттуда высунулось странное, непонятное, но нестрашное существо. Ему показалось, что существо было покрыто шерстью, но, приглядевшись, он понял, что ошибся. Все оно целиком было покрыто чешуйчатыми пластинами, как еловая шишка. Размером с очень крупного кота. Совершенно непонятно, как оно могло поместиться внутри больших, конечно, но не настолько, часов. Колдовство, не иначе.

    - Леший я, понял? Леший. А то заладил, кукушка, кукушка. Он даже загнусавил, передразнивая.

    - Вот ничего себе! А что же ты в часах то живешь?

    - А где мне жить? Да и не часы это вовсе. – Леший вылез на самый верх часов и сел. Свесив свои короткие, странные ноги.

    - Нормально. Но если это не часы, тогда что?

    - Да какая разница тебе? – Леший почесался и зевнул. –Ты сюда зачем пришел, ждать? Ну и жди себе, лучше места для ожидания все равно нету. И не спрашивай меня больше, не скажу я тебе больше ничего. – Он неожиданно ловко спрыгнул вниз и бесшумно исчез в лесу. Издалека донеслось.

    - А ты жди, милок, жди. Всяко в жизни бывает, авось дождешься.

    Ну, ясно. Пришел сюда ждать, надо ждать. Ладно. А интересные часы, и лешак тоже интересный. Надо бы его найти, попробовать разговорить, он наверняка много чего знает. Вдруг поможет чем.



    Он встал, подошел к воде. Нашел на берегу подходящих размеров бревно, подтащил его и бросил одним концом в воду. Потом уселся сверху. Ноги до колен в воде, сам на солнышке греется – хорошо! Так долго можно ждать.

    А что еще остается.
     
  2. inzerT

    inzerT Скромный товарисч модератор Команда форума

    GSD
    Ну а дальше то что ? Вернулась или не вернулась ?
    И не понятно , почему она ушла то ? Вроде как герой наш гульнул малость , в этом причина ?
     
  3. inzerT

    inzerT Скромный товарисч модератор Команда форума

    GSD
    Наверное лучше в личке спрошу .
     
  4. Clavik

    Clavik Administrator Команда форума

    GSD
    Чёта как-то грустно стало(((
    После того как дочитал)
    Жалко психа)))
    Нах такая любовь)
    Не)не так)
    Нах вообще любовь)))
     
  5. inzerT

    inzerT Скромный товарисч модератор Команда форума

    GSD
    Слав привет ! Согласен , уж лучше и не влюбляться .
     
  6. Clavik

    Clavik Administrator Команда форума

    GSD
    Привет Валер)
    И всем друзьям привет)
     
  7. boris

    boris дон Румата Эсторский Команда форума

    GSD
    Я второй раз прочитал,данное произведение.(читал это на другом форуме еще).Рассказ это крик души,сомнение, страхи и нехватка витаминов автора.Рассказ хороший ,только людям с неустойчивой психикой и весной,лучше не читать)))
     
  8. inzerT

    inzerT Скромный товарисч модератор Команда форума

    GSD
    Борь , только ты знаешь правду !
    Так Влад и вправду квартиру ей хотел подарить ?
    Сам прикидывается , что в лаптях ходит , запутал меня старый )))
     
  9. boris

    boris дон Румата Эсторский Команда форума

    GSD
    А ты думаешь,почему он лицо не показывает?Не квартиру ,а дом 16 этажный.
    Владимир Потанин.
    [​IMG]
    #8
    $14300 млд.
     
  10. Clavik

    Clavik Administrator Команда форума

    GSD
    Есть сильные моменты)перечитывал)
     
  11. Clavik

    Clavik Administrator Команда форума

    GSD
    Вылитый :D
     
  12. Влад Старший

    Влад Старший Эпикур Команда форума

    GSD
    Просто ушла и все. Как снег на голову.
     
  13. inzerT

    inzerT Скромный товарисч модератор Команда форума

    GSD
    Бля , хладнокровная !
     
  14. Влад Старший

    Влад Старший Эпикур Команда форума

    GSD
    Тут не поспоришь
     
  15. inzerT

    inzerT Скромный товарисч модератор Команда форума

    GSD
    Как змея прямо .
     
  16. Влад Старший

    Влад Старший Эпикур Команда форума

    GSD
    Так бабы, они завсегда змеи.
     
  17. dimon753

    dimon753 Пользователь Новички

    GSD
    Хорошо пишете! как старина хэнк
     
  18. Влад Старший

    Влад Старший Эпикур Команда форума

    GSD
    Спасибо. А какого Хэнка вы имеете ввиду? Что то я не понял.
     
  19. inzerT

    inzerT Скромный товарисч модератор Команда форума

    GSD
    Дед здорова !
    Если я верно предположил то у этого Хэнка , фамилия Муди ))))
     
  20. Влад Старший

    Влад Старший Эпикур Команда форума

    GSD
    И тебе привет. Никогда даже не слышал о таком